Патриаршее подворье - Редактор
Редактор

Редактор

Всю жизнь владыка следует словам своего духовника - любимого всей Россией старца архимандрита Кирилла (Павлова): «Жить надо не по своей воле, а по Божией». Троице-Сергиева лавра, Сахалин, Архангельск - о своём монашеском и епископском служении, о суровой жизни северных епархий Русской Церкви сегодня рассказывает владыка в беседе с протоиереем Олегом Стеняевым.

О.Олег: - Владыка, вот такие интересные вехи вашей жизни: Троице-Сергиева лавра-17 лет, Сахалин – 9 лет, Архангельская и Холмогорская епархия – девятый год. Но, прежде всего, хотелось бы узнать о Вашем происхождении, Ваших родных и близких, Вашей малой родине, о том образовании, которое Вы получили, и когда Вы осознали призвание стать священнослужителем?

- Начнем с малой родины. Моя малая родина – это Воронежская область, часть Центральной России. Часто слышишь, как тот или иной священнослужитель говорит о его великих предках. Но я, в отличие от них, выгляжу совершенно по-другому. Я – вот такая дворняжка, которую Боженька подобрал. У меня в роду не было известных личностей, не было священнослужителей. Единственно – бабушка, отцова мама. Она была особенно богомольная, ездила по монастырям, по старцам. Просила Бога об одном: чтобы кто-то из нашего рода стоял у престола Божия и молился. Вот, я когда был маленький, бабушка говорила: «Внучек, внучек, ну хоть бы ты батюшкой стал!» Я говорю: «Ну, какой батюшка?  Что ты говоришь?» Это казалось мне таким далеким, недосягаемым. Но когда я вошел в призывной возраст - все мы ждали Пасхи. И на второй день Пасхи я получил повестку, которой ждал.

Ушел в армию. А когда вернулся – встретился со священнослужителем. Это была моя первая встреча с человеком глубокой веры, широкой души. Он предложил поехать к владыке Зиновию. Мы с ним сели в самолет и полетели в Тбилиси. Это был 1981 год. Попал в собор святого благоверного Александра Невского, помню мое первое иподиаконство. Потом вечером мы с владыкой Зиновием гуляем вокруг храма. Он уже старенький был. Такой тихий, добрый. Взял меня за руку: «Саша (меня Александром звали), иди в семинарию! Это твой путь». Потом пауза, и говорит: «Ты поступишь в семинарию. Будешь иподиаконствовать у митрополита».

И я поехал в Одесскую семинарию, там поступил. Пошли в кафедральный собор. После службы правящий архиерей всех помазывал. После помазания старший иподиакон меня берет и отводит в алтарь: «Иди под благословение к архиерею!» Подхожу, делаю земной поклон, падаю – он спрашивает: «Откуда?» - Отвечаю: «С Воронежа!» - «О! Моя первая кафедра! А Вы поступили?» - «Да, по милости Божией поступил, владыка». «Ну, вот Вам первое послушание: будете у меня иподьяконствовать».

- О.Олег - Владыка, когда я учился в семинарии, в Лавре говорили так: «В Питере учатся, в Троицкой лавре поют, а в Одесской семинарии работают».

-У нас тоже так говорили. Да, там трудились мы. Монастырь и собор были рядом. Там, в монастыре, эконом был замечательный, Никон. Только я поступил, как меня с ним познакомили. Подвели меня к о. Никону, а тому всегда на огород нужны были студенты. Он стоит, мы с обеда выходим – а он: «Ну-ка, пойдем на работу!» - с шуткой, юродствовал так, немного. Кто не хотел – тот мимо пройдет, будто не видит. Но я его знал и всегда подходил.

Он как-то меня разглядел. В армии я был старшиной роты и привык, как что-то сделаю – доложить об этом. И здесь тоже. Сделаю что-нибудь – и к нему. «Ты чего?» - « Да вот я все сделал, прополол». – «Ну, тогда иди». Ему это понравилось: как что-нибудь сделаю – докладываю ему. Мы действительно трудились. Хорошо было, по-домашнему: берег моря, после работы искупаешься. Нас еще дразнили: «Москвичи – стукачи!» Я действительно боялся, что нас будут сдавать. Это, разумеется, была неправда, слухи. Но они имели место.

О.Олег – В Троице-Сергиевой лавре, в семинарии, говорили так: «Какое самое серьезное обвинение для семинариста?» - и отвечали так:  «Науходоносор! – хуже этого ничего не бывает» (Смеются).

Владыка, расскажите, когда Вы в Одессе учились – какой преподаватель ярче всего запомнился Вам? Действительно сказал что-то новое?

- Был такой протоиерей отец Борис Шишков, ныне уже покойный.

Он очень долго жил. Окончил Варшавский богословский университет. Уже тогда был старенький. Он у нас преподавал Новый Завет. Говорил нам так: «Вы все садитесь поближе ко мне, я старенький, мне тяжело говорить». И у нас было чувство, что мы встречаемся с Богом через Его уста. У отца Бориса было живое слово. И я старался сесть за первую парту и слушал его, как локатор. Он без книги рассказывал Толкование Нового Завета. Он был человек той эпохи.

А второй преподаватель был человек светский, вел у нас историю и французский язык. Помню его фамилию: Полторацкий. Эмигрировал после революции. Потом, после войны,  ему разрешили вернуться. Это живая история. Мы часто его просили: «Расскажите, как там во Франции наша эмиграция жила?». Это была живая история, воспоминания.

О.Олег – Я помню беседы с о. Александром Киселевым. Он долго служил в Париже, в Берлине. А в Россию приехал умирать. Ему Святейший Патриарх Алексий II выделил помещения в Донском монастыре. Киселев там жил с матушкой. Мы о. Александра навещали, он показывал нам фотографии: «Вот отец Сергий Булгаков нас венчает, вот тут Бердяев сидит!». Это были люди, которые говорили на прекрасном русском языке, без газетных шаблонов.

-И общаясь, они тебя не унижали...Я беседовал с владыкой Василием (Родзянко) – заметил, что мы в разговоре часто рубим слова, не задумываемся. А здесь нечто другое.

О.Олег – Владыка, а куда же Вы направились по окончании Одесской семинарии?

- Меня перекинули со второго года обучения на третий, мне пришлось досдавать за те полгода плюс еще за полгода на новом месте. И еще иподьяконство. Я был весь в своих учебных делах. Как-то все быстро закончилось. Владыка меня благословил поступать в Московскую Академию. Я, милостию Божией, поступил. А потом…. влюбился. Влюбился в этот монастырь.

Это нужно увидеть, услышать. Мы любим глазами, ушами. Но в первую очередь – сердцем. Когда ты слышишь это молебное пение.

Я, когда услышал – стал ходить каждый день. Не мог не ходить. Это вызывало даже раздражение моих сокурсников. Мы жили восемь человек в одной комнате, когда встаешь – полы скрипят, мешаешь остальным. Мой сокурсник,  ныне он – игумен  в Лавре, бывало, ворчал на меня: «Вот, он опять встает! Он всем спать не дает!» Понятно, молодые монахи. Они были у меня на курсе: отец Никандр, отец Исайя (Белов) - ныне покойный, в 27 лет – кандидат наук, он по кибернетике защищался. Такие люди были, сильные.

Я вот все это увидел – и захотел быть среди них, у преподобного Сергия. И так получилось, что на второй половине первого курса меня взяли в монастырь. А дальше как-то опять все быстро: летом наступил постриг. Переворот всего. Я оказался в другом мире.

Когда меня постригли, и я вышел из  храма на третий день - а мир стал какой-то другой. Он радостный, добрый, благостный. Божие творение стало видно по-другому, потому что ты в этот момент очистил свое сердце. На  сколько процентов – не знаю…..

А дальше – прошел год хиротония, священство. Тут владыка Онуфрий – я был его помощником Блаженнейшего и очень счастлив этим. Я много взял у него, многому научился. Потом его в 1988 году назначают в Почаев, а меня на его место. Ставят благочинным…..

О.Олег –...Троице – Сергиевой лавры. А что делает благочинный?

- Ну, вот личный состав, и ты пишешь расписание на целую неделю: кто поет, кто читает, кто стоит у мощей. Кто исповедует. И ты за этим наблюдаешь, чтобы это исполнялось.

О.Олег – А сколько тогда было братии, насельников?

Тогда было меньше. Под конец моего благочиния уже 200 человек братии жило в монастыре. А за монастырем – не помню точно. Вот, был 2000 год, и у нас было 26 точек -  храмы, подворья за пределами монастыря. Туда направлять монахов было очень напряженно. Вот, все равно, что из Москвы направить на подворье в Сочи – вроде, желающих должно быть больше, это юг, это солнце. А у нас обратное. Монахи заявляли: имай мя отреченна. Потому что там водятся существа под названием: «женщины». А мы не сильнее Давида. Не мудрее Соломона. Мы не выдержим! (Смеется).

Я им говорю: «Сачкуете! Не хотите из Лавры уезжать!» А ведь и в самом деле: никакое место не сравнится с обителью преподобного Сергия.

О.Олег – А правду говорят, что нельзя уехать из Лавры? Она остается, она живет в тебе. Дух преподобного Сергия. Ритм молитвенной жизни. Календарь, по которому ты живешь…Т.е., разрыв этот невозможен до конца. Всегда как бы остаешься на послушании у Преподобного.

Ну, сейчас я могу сказать: да. Потому, что уже с 2001 года я телом не живу в монастыре. Но духом пребываю. И что еще меня больше всего утешает - все, кто ушел на другие послушания из Лавры – они остаются в лаврском синодике. И каждое утро, у мощей Преподобного, на каждой литургии всегда поминают мое имя. Это самое дорогое. Как есть порт приписки. Вот, у меня в паспорте стоит отметка: прописан в Троице-Сергиевой лавре. Я брат обители, как владыка Феогност, наместник Лавры,  говорит: я не по своей воле, я в командировке. 50-летие был вынужден справлять в Троице - Сергиевой лавре. Я не мог улететь, в то время был Синод. И я начал день с молебна у Преподобного, с литургии в Троицком соборе. И это настолько укрепило меня, что  я  этим теперь и живу.

О.Олег – Ваше Высокопреосвященство! Расскажите о старцах Лавры. Все Лавру знают - кто-то со стороны  архимандрита Кирилла, кто-то помнит о. Наума, кто-то - о. Филадельфа…Каково Ваше ощущение от старейших насельников этой обители Живоначальной Троицы?

- Я все это видел изнутри: о. Михаил, о. Кирилл….Я, как благочинный, келейников им ставил. О.Салафиил – на 95-м году схимничек скончался -  просто удивительный такой был! Бог ему дал такую физическую силу, что он в молодости подлазил и поднимал лошадь! Ему было 85 лет, он ходить уже не мог –  трудно было, к нему на исповедь приходили студенты, и он так говорил: «Ну, давай руку, давай!» И – раз! –  этого студента. Потом:  «А ты хоть зарядкой занимаешься? Нет? Да ты что? Как тебе не стыдно? За тебя ж нормальная девка не пойдет! Что же ты себя так запустил? А вот в ссылку отправят тебя? Что тогда?» И он рассказывал - их сослали около 5 тысяч, вывезли, в снег бросили: ройте себе землянки! И вот он сколько-то лет там отбыл. Осталось меньше пятисот человек в живых. И он все это выдержал!

 А потом – война. Его в кавалерию направили, потому, что он такой, крестьянский. Под ним убило лошадь. Она стала кувыркаться, он – под ней, ноги в стременах. Рассказывает: «Я потерял сознание. У меня из носа, изо рта, из ушей пошла кровь». Весь он перемололся, его – в госпиталь. Там его комиссовали и отправили домой. Он ходить практически не мог.

У него жена была Феодорушка, он ее очень любил. Она умирала,  попросила его: «Чтобы после моей смерти не женился! Иди в монастырь!» Ему 60 лет было, когда он в монастырь пришел. 35 лет дал Бог ему прожить в монастыре. Он пришел послушником, такой здоровый – а там много было стареньких, фронтовички были. Просят его:  «Сделай то, сделай это» - он делает, безотказный такой был. Так однажды он упал. Благочинный ему говорит: «Ты чего?» - а он: «Я так устал, я же и того слушаю, и того, и того!». Тот ему и говорит:  «Все, теперь ты должен знать. Без благословения благочинного ты никого больше не слушаешь! Если кто станет говорить – ты отвечай: как скажет благочинный».

У нас кельи с отцом Кириллом были рядом. Я слышал, как ему за тоненькой перегородочкой келейник молитвы читает. Как-то раз я подошел к нему  и спросил: «Отец Кирилл! А, может, мне на приходское служение уйти? Я ни за что не держусь» - это был 91 год, и он ответил: «Если по своей воле уйдешь – то погибнешь! А если не по своей воле, а по послушанию – то преподобный Сергий всегда будет с тобой».  Все! Я хвостик поджал, и больше вопросов нет. Отец Кирилл, бывали такие минуты, он так скажет, спокойно, что все сразу проясняется.

О.Олег – Я к нему ходил на «Библейский кружок». Он по вечерам читал Библию. И любой семинарист мог прийти.

- А потом исповедь.

О.Олег - У него такая большая была Библия. А комментарии он давал очень маленькие. Но подлинной экзегезе я у него научился.

Он говорил так мало, и то -  только когда спрашивали. Это было настолько объемно, что все эти комментарии как бы врезались в сознание. И продолжают жить.  А общение с другими старцами?

- Вот, схиархимандрит Михаил рассказывал – я был не один, когда он рассказывал – что был такой момент. Шла война, Витебск, 1944 год. И его ранило, он был пулеметчиком. А место было хорошее, на возвышенности. А немцы не успели эвакуироваться из Витебска и старались наших удержать, атаку отбить. Отборные войска бросили. Он говорит: Немцы по нам стреляют из минометов, а мы, чтобы выжить – один пулемет, один расчет, все остальные пулеметы попрятали. И вот, слышу: что-то шмякнулось, удар сзади. Осколком разворотило, и чувствую, что ходить уже не могу. Я ему, второму, говорю: «Ты стой», а сам пополз в тыл. Хотел найти немца -  у них санитарные пакеты были хорошие – взять и ползти к санитару, чтобы было чем перевязать. И говорит: «Я ползу, сил нет, и такое чувство, что я умираю. А тут – такой день, солнце, запах травы…Мне 19-20 лет. Я так захотел жить! Вспомнил, как в Лавру приходил, когда был маленький – там инвалиды были с Первой Мировой, без рук  - без ног. И я говорю: «Господи, пускай я буду таким инвалидом, дай мне жизни». Погрузился в такое состояние: вижу храм, старец кадит. Штабелями усопшие лежат, а он их отпевает, кадит. Потом я в себя пришел, пополз дальше…»  - в общем, его нашли, взяли, он выжил. А потом, когда закончилась война – он пришел в Лавру и в иконе узнал преподобного Сергия. Узнал храм, который он видел – это был трапезный храм.

А еще он рассказал, что в Берлине за три дня боев три танка под ним подбили.

О.Олег: - А помните предание, когда шла Куликовская битва – преподобный Сергий стоял на проскомидии и вынимал, вынимал, вынимал частички, и громко называл: князь, боярин, воевода….?

- Да, да. А когда три танка подбили, и он пришел за четвертым – командир ему уже не дал. Он, говорит, на меня посмотрел – и ему стало меня жалко. А почему? Понимаешь, когда танк подбивают в уличных боях – ты выскакиваешь - и по тебе бьют, ты – мишень.  И ты не чувствуешь боли. И ты травмируешься. Я, говорит, был весь побит – у меня руки, лицо было побито. А тут стояли ИСы, большие танки:  ИС-1, ИС-2, ИС – 3….А командир говорит: «Ну, если Бог тебя спас – больше танк я тебе не дам. На Урал за танком!» Да что там, осталось несколько дней…

Отец Михаил, схимничек, был необычайно кротким. По нему не было видно…. Вот, у нас читают «Жития святых» - и хотят, чтобы тут же виделось что-то такое! Какая- то прозорливость…Забывают, что видение своих грехов, состояние смирения – это выше даже, чем воскрешение мертвых, как Антоний Великий писал, и другие отцы Церкви.

О.Олег – Владыка, а вот, когда Вас призвали на Сахалин? Как это произошло? Это же было, как в армию идти!

- Конечно, это был шок. Это было тяжелее, чем в армию. В армии была какая-то особенная радость – а здесь было чувство тревоги.

О.Олег – А кто принимал это решение?

- Принимал решение Патриарх. Дело в том, что кафедра вдовствовала несколько месяцев. Владыку, моего предшественника, освободили – а преемника ему не назначили. На святителя Иннокентия Московского был Синод, Святейший перед этим со мной поговорил. Я ему сказал только: «Ваше Святейшество, я никогда этим не занимался. Это же приходское служение! Меня учили проповеди говорить, служить в храме. А заниматься строительством – у меня нет таких данных, я не экономист, не казначей, я на таких послушаниях даже не был. Если это благословение – я принимаю, но сам не могу проситься. И не имею права отказываться». Святейший: «Мне Ваш ответ нравится. Съездите, но не сразу, недельку побудьте -   потом приедете. Подумайте, что взять, кого взять». Я испытал шок, когда туда приехал.

О.Олег -   Я помню, я застал Вас, владыка, в этом состоянии. Помню, Вы сказали: «Вот, начинаю с Сахалина». Я ответил: «Лучше начинать с Сахалина, чем заканчивать Сахалином».

- Ну да, да, когда есть силы. Самый пик был. Владыка Марк мне передавал, он временно управлял и Сахалином, и Хабаровском. Когда меня назначили -  ко мне приехал, в келью. Говорит: «Ты ищи благотворителей, там ничего нет». А я сижу и не могу представить себе, где этот Сахалин – я в своей келье, в Лавре сижу. Но надо отдать должное: у нас ведь как с архиереями? Один уехал – другой приехал. А здесь -  нет. Мы с ним полетели вместе, он меня познакомил с губернатором, с мэром, с другими людьми. Мы с ним службу отслужили, по приходам поездили. Три дня он жил. А потом он уехал.

О.Олег – Состоялась передача?

- Да! И когда он уехал – я остался один, и тогда на меня накатило.

Такое искушение пришло! Я почувствовал такую беспомощность! Бухгалтер говорит: У нас денег нет, у нас одни долги. Я думаю: куда я попал? Крыша течет, по первому этажу, в епархии, бегают крысы. Не знаю, с чего начинать. Я подошел к иконе и стал молиться: «Господи, Ты же меня сюда послал? Господи, не оставь!»

И как-то постепенно пошло движение. Я своих братьев туда вытащил, постриг, рукоположил их. Владыка Тихон, отец Серафим, игумен - они старшие, я младший. Всегда шутили: «Старший - умный был детина, средний был –и так, и сяк, младший вовсе был дурак!»

О.Олег – Вот, говорят: первый приход – первая любовь. А первая епархия? Тоже какая-то влюбленность? Первый опыт архиерейского служения….

- Да, конечно, остается в твоем сердце. Я приехал в Архангельск, пожил – и люди стали обижаться: «Владыка, Вы уже год прожили у нас. А Вы все говорите: у нас, на Сахалине». Я второй год прожил, третий – все, говорю. Они: Ну, хватит! Я говорю: «Знаете, это должно естественно произойти. Я же не могу свое сердце вырвать! Это все равно,  что сказать женщине: забудь своего погибшего мужа». Все это осталось.

Молитва прихожан – я за них переживаю, они – за меня. Молитва - она существует. Молитва тебе не дает покоя. Ведь  христианское сердце- это же не сердце какого-нибудь буддиста – нирвана, бесчувствие…Это, наоборот, тревога, переживание и плач. Жизнь монаха – это скорбь сердца. Эта скорбь остается. А тем более – когда у тебя вторая половина…

Вот, Святейший говорит: «Я тебя переведу, а на твое место поставлю твоего брата». Я говорю: «Ваше Святейшество! Это все равно, что правую руку мне отрезать». Брат у меня секретарем был. И кому-то отдать?

О.Олег – Это преемство….

- Я нестандартно уехал с Сахалина. Архиереи так не уезжают.

О.Олег – А как это произошло?

- Я прилетел с Сахалина. 25 декабря – Синод, меня назначили. А архиерей Архангельский, владыка Тихон, умер 20 октября. Святейший сказал: «Нужно уже на Рождество там быть». Значит, я не мог 27-го  уехать, 29 числа я уехал. В Лавре был на Новый год. 2 –го числа я простился со всеми, собрал небольшой стол, мы хорошо так посидели. 3-го я прилетел в Москву, переночевал, и 4-го я уже улетел в Архангельск. Нестандартно я улетел, с одним саквояжиком, с одной сумкой, ничего не взяв. И второе – я не взял ни одного священнослужителя. Каждый новый начальник приезжает – он с собой привозит кого-то. Я с собой никого не привез. Сказал отцам: «Вы не обижайтесь! Я с собой никого не возьму. Я вас собирал, как бриллианты. Каждый на своем месте. Если одного выдернуть – все разрушится». Вот, отец Виктор Горбач был – это у меня первая хиротония. Он у меня возглавляет Миссионерский отдел. Если его вырвать – то кого на его место? Это как зубы – нет импланта.

И, если вдуматься - некий плюс – потому, что моей опорой стали те священнослужители, которые есть.

О.Олег – И не было ревности…

-Да! Я одного спрашиваю – он говорит: «Со мной столько-то священников приехало, три бухгалтера, два регента»... А я говорю: «Вот, я приехал один, священнослужителей со мной нет».

Ну, и ты с одного конца переезжаешь на другой. Там граница – тут граница. Там острова – и здесь острова, с храмами.

О.Олег – Там север – и тут север. Вы себя чувствуете северным человеком? Это уже вторая епархия, и все – север…

- Да, климат такой же сырой. Вот, когда Чехов был на Сахалине – он написал, что Сахалин располагает к беспробудному, угрюмому пьянству. А когда я приехал в Архангельск – то спросил, что он такое. Мне ответили: Архангельск выражается тремя словами: треска, тоска и доска.

-Доска?

-Да. В советское время там производства не было. Там было 29 лесозаводов. Когда туда пришла советская власть -  коммунисты заявили: «Что это за название – Архангельск?» (А это название в честь Архангела Михаила, т.к. был первый монастырь устроен в честь него, название  существует с XVI века). «Мы придумаем лучшее название: Лесопильск!» Красиво, по-современному, по рабоче  - крестьянски. Народ, конечно, очень этого не хотел.

О.Олег – Это почти как «Лесоповал»!

- Подготовили документы, отправили в Москву – а там то одного, то другого не хватает. Местные, конечно, саботировали. То страницу не пошлют, то печать не поставят. А потом – раз! – и все застряло. Архангел Михаил не дал. 

О.Олег – А покровительство Архангела Михаила ощущается?

- Конечно! Мы сейчас большой кафедральный собор строим, во имя Архангела Михаила.  Но,  город немножко угрюмый, потому что двухэтажки эти барачные стоят. Плюс два ЦБК, плюс зимняя темнота. Но самое страшное – это город без лица. На меня даже мэр обиделся: «Владыка, что Вы такое говорите?» А я ему: «Лицом города является кафедральный собор. Это духовное лицо – как душа в человеке. А вы его взорвали!» - «Да не мы взорвали, это коммунисты взорвали!» - «Ну, правильно, а мы здесь ни при чем ?!» Сейчас собор построен, особо чувствуется помощь Иоанна Крошнтадтского.

О.Олег – Да, это же родина Иоанна Кронштадтского! И там его какие-то родственники остались. Расскажите об этом подробнее.

- Народ знает двух здешних великих людей: Ломоносова и Иоанна Кроштадтского. Опять цитируем Чехова. Он пишет в повести «Остров Сахалин»: «В какой бы дом здесь, на Сахалине, я ни заходил – в каждом портрет Иоанна Кронштадтского». А ведь - где Кронштадт, и где – Сахалин! Он был поражен этим. И народ, действительно, знает этого святого!

 А второй человек – он не святой, но человек великий для России. Величие их заключается в том, что они выросли на Архангельской земле. Но между ними есть и разница. Какая? У святых – святость. А святость – что? Это любовь. А любовь – это выраженное милосердие. Атрибутика любви. Я к чему это говорю? Ломоносов однажды покинул свою землю, он больше никогда не был на своей родине.

А Иоанн Кронштадтский каждый год приезжал на свою родину, в Суру. И мало того, что он приезжал – он вез с собой купцов-благотворителей, которые строили Дома трудолюбия, Общества трезвости. В центре Архангельска стоит Сурское подворье, на которое он сам давал деньги – потрясающее здание! Которое сейчас нам передают.

О.Олег – А Ломоносов был помор…

- Помор – это человек, который жил близь моря. Их предки ходили по морю.

О.Олег – У них в характере мужество. Это не то, что море  - там, в Крыму. Это же Северное море!

- Конечно, это люди, которые в первую очередь были глубокими христианами. Это практические христиане. Это не те люди, про которых можно сказать: устами молились, но сердца их далеко отстояли от Бога. Они молились, и молитва их была сильная, глубокая. Как Достоевский говорил: «Кто на море не бывал – Богу не молился, когда тебя от блаженной вечности отделяет одна дощечка».

А здесь что переменилось сейчас? Ну, железячка отделяет. Поморы – они молились, и, главное – их дети молились. Длинная ночь, зима, которая покрывает дома снегом. В домах – люди. И скот, на первом этаже. Таких домов, как в Архангельске, я в Центральной России не видел нигде. Огромные дома!

О.Олег – А я таких людей не видел, как в Архангельске. Когда я первый раз сюда приехал, по Вашему приглашению – вышел на улицу, вижу: идут высокие, молодые, лица как на иконах. Нет этой монгольской округлости лиц. Туда же не дошла Орда! И сохранился генофонд. Поморы – это чистые славяне. Много голубоглазых, светловолосых людей. Вьющиеся бороды у мужчин. Это поразительный мир!

-Да, особенно много таких людей – молодых и старых – в деревнях. Потому, что сам город Архангельск был местом ссылки. Если мы вспомним эти страшные годы -  за один 1931 год сослали 175 тысяч человек! Там невозможно было даже разместить этих людей. Большинство их умерли. Это один только год!

 Потому такая солянка – в Архангельске все перемешано, он как Москва. А чистота, в основном– в селах.

В Суру приезжаешь – мостов нет, там переправы, тащат тебя баржей. И говор – простой, русский, со своим акцентом. В Суру приехал, там говорят: «рабить». Слово-то украинское! Наши, славянские, корни.

Так они говорят, наш народ. Они же везде ходили, поморы, они же до Сахалина доходили. У нас на Соловках есть музей судов. Поморы ведь не приняли Петра I с его проектами делать лодки на гвоздях. Это военные корабли, которые мало служили, их выбивали там. А поморы вязали. Из корней брали отростки и ими связывали, как жилами. Играл этот корабль. Сквозь льды шел.

Вот, Беринг до какой-то точки дошел – все обледенело, нельзя дальше, там жизни нет. А навстречу поморы оттуда возвращаются!

О.Олег – А скажите, вот, фильм был снят «Страж Севера». Расскажите об этом проекте.

- Замечательный проект. Алексей Пищулин, известный режиссер, снял 60 документальных фильмов. Глубоко православный человек. С ним разговариваешь – как будто перед тобой священнослужитель. Фильм очень сильный. Там тексты, съемки – ничего лишнего. Мы же хотим сделать в Архангельске первую православную гимназию, мы и ее там подсняли. Нам передали в прошлом году здание дореволюционного духовного училища. Оно в таком состоянии! Мы там крышу поменяли, хотим сделать для детей школу. Люди приходят и просят, чтобы дети в школе не матюкались. Просят: «Владыка, помогите!» Там храм был, Святого Александра Невского. Хочу обратиться за помощью. Все нужно: парты, и средства, и оборудование…Хотим открыть на нашем Севере первую православную гимназию. А там дальше, как Господь даст.

О.Олег – А если люди откликнутся – им связаться с епархиальным управлением?

- Наш пресс-секретарь сбросил наши координаты. Они есть и на сайте нашей епархии, номера счетов.

О.Олег – Может, кто-то откликнется? А есть поморское землячество?

- Есть, и мы к ним обращаемся. И есть храм Александра Невского – это мой первый святой до монашества. Наш северный защитник.

О.Олег – Два имени: Михаил и Александр, очень распространенные в России. И еще Иоанн.

-Иоанн Кронштадтский сам, своими ножками там ходил. Он давал деньги на строительство духовного училища. А сейчас здание в таком состоянии!  Мы когда пришли - там текла крыша в 17 местах. Запустили часть классов как воскресную школу – дети так радуются! Остальные классы не успеваем отремонтировать – средств нет. Любая помощь нужна!

Город не столько живет, сколько выживает. Нового ничего не строят. Старые 29 заводов приказали долго жить… От них осталось 2 завода.

О.Олег – самое надежное дело – связываться через сайт Архангельской и Холмогорской епархии.

Ваше высокопреосвященство, мы очень рады, что Вы посетили радиостанцию «Радонеж». Мы надеемся, что Ваше благословенное служение будет продолжаться и дальше. Вы впитали в себя и мир Троице-Сергиевой лавры, и далекие земли Сахалина и Камчатки, и Архангельска – жемчужины нашего Севера. Просим Ваших молитв о нас, совершающих служение на этом радио.

- Господи, помоги нам всем!

- Спаси Христос!

Дорогие прихожане храма Рождества Иоанна Предтечи!
На нашем приходе начала работу социальная служба.
Если Вы (или Ваши знакомые) нуждаетесь в помощи или имеете желание и возможность делать добрые дела, то звоните помощнику настоятеля по социальному служению
Иконниковой Марии по тел: +7 (901) 732-01-51 . Или заполните небольшую предварительную анкету в свечной лавке, чтобы  мы Вам перезвонили.
Итак, доколе есть время, будем делать добро всем,
а наипаче своим по вере.
(Гал.6.10)

3- го февраля перед Всенощным бдением еп. Орехово-Зуевский Пантелеимон, управляющий восточным викариатством г. Москвы освятил новый храм св. равноапостольной Марии Магдалины. Владыка сказал назидательные и теплые слова всем принявшим участие в строительстве и благословил дальнейшие работы.
Храм построили на территории подворья за один год, но самое удивительное то, что на освящении нового храма и на первой службе присутствовало 16 священников. Это были совершенно особенные батюшки, они приехали со всех концов нашей родины (из каждой епархии 1-2 человека) на пастырские курсы, делиться опытом.  3го февраля по пути с очередного семинара они неожиданно заехали помолиться на  Всенощном бдении на наше подворье.
Насколько возможно, мы постарались тепло и гостеприимно встретить дорогих гостей, угостив их вкусным ужином. За трапезой с интересом пообщались на разные темы, волнующие современных пастырей и прихожан: воспитание детей, школьное образование, социальное служение,  богослужебные особенности в разных епархиях и многие другие.
Прощаясь, после службы мы попросили молитв о нашем подворье и прихожанах, обменялись телефонными номерами и договорились встретиться снова!
Храм  Марии Магдалины открыт ежедневно, а регулярные богослужения, пока, будут совершаться каждую субботу. Еще раз благодарим всех принимающих участие в жизни прихода! С нами Бог!

 

11111111

Дорогие братья и сестры, напоминаем вам о новом начинании подворья!

С февраля 2019 года мы планируем регулярные паломнические поездки по святым, исторически важным  и просто интересным местам г. Москвы и Подмосковья.

9 февраля (накануне дня памяти новомучеников и исповедников Церкви Русской) приглашаем вас в однодневную поездку по маршруту : Сретенский монастырь – Бутовский полигон.

Уникальность поездки в том, что экскурсоводом будет Гарькавый Игорь Владимирович - директор Мемориального научно-просветительского центра Бутово, член Церковно-общественного совета при Патриархе Московском и всея Руси по увековечению памяти новомучеников и исповедников Церкви Русской.  Более подробная информация и запись по тел. 89165584919

13 января в храме Рождества Иоанна Предтечи прошел рождественский спектакль. Идея его создания принадлежит самим ребятам - ученикам воскресной школы. Именно они решили поздравить прихожан с волшебным праздником Рождества Христова, подарив им театрализованное представление.
Еще за неделю до мероприятия у входа в храм появилась афиша, приглашающая 13 января посетить рождественский спектакль. Ученики долго репетировали, без устали трудились над постановкой. И вот, наконец, состоялась долгожданная премьера.
В этот день начинающие актеры заметно волновались. Уже за 20 минут до начала собралось много желающих посмотреть на выступление. Импровизированная сцена уже была украшена декорациями, которые ребята заранее подготовили на уроках рукоделия. Настоятель храма отец Вячеслав сказал добрые напутственные слова, благословил участников, погас свет, и спектакль начался.
Каждый ученик воскресной школы принял участие в выступлении. Кто-то прочитал стихотворение, кто-то пел рождественские песни, а кто-то попробовал себя в роли актера.
Ребята рассказали историю праздника Рождества Христова. Они представили историю, как мама читает вместе с маленькой дочкой книжку об этом празднике. Параллельно с рассказами мамы история будто происходила на наших глазах: зрители могли увидеть анимацию, как Дева Мария и праведный Иосиф пришли в Вифлеем, как нашли пещеру, где позже на свет появился Спаситель. На протяжении спектакля на сцену выходили юные актеры в костюмах волхвов, ангелов, христославов, персидских мудрецов.
Стоит отметить, что все прихожане высоко оценили таланты ребят. Все с умилением смотрели на представление, а конце громко и дружно аплодировали, делились впечатлениями друг с другом. Маленькие прихожане, которые не были задействованы в мероприятии, также получили возможность выступить – прочитать стихотворения, спеть песенку или исполнить танец, которой они с удовольствием воспользовались. После выступления участников концерта ждал приятный сюрприз - сладкие подарки.

22222222

Дорогие друзья! Поздравляем всех с Новым Годом и наступающим Рождеством!

В этот раз на нашем подворье необыкновенную атмосферу праздника, помогает создавать чудесная ель! Правда хороводы водить не получится, потому что установщики ёлки, пользуясь непонятными, техническими терминами убедили нас, поставить её за угол.

Обещаем в следующем году найти более подходящее место для такой красавицы.

cristmas1

 

cristmas2

cristmas3

Пятница, 04 января 2019 17:29

Сбор средств для отца Олега!!!

#Repost @pavelostrovski with @get_repost

Друзья мои, вчера после эфира на «Спасе» подвозил до дома отца Олега Стеняева. По дороге разговорились и выяснилось, что отец Олег уже много лет живет на съемном жилье, так как не имеет своего.
Как-то так судьба у него сложилась, что он оказался по сути бомжом.
Слава Богу, что отец Олег на данный момент может сам о себе позаботиться, и благодаря тому, что проводит много лекций и встреч, за которые ему иногда дают пожертвования, он может оплачивать съемную квартиру.
Но, к сожалению, отец Олег тяжело болеет и в будущем не сможет уже ездить с выступлениями по нашим храмам, и тогда ему придётся совсем туго.
Я очень люблю отца Олега, неоднократно пользовался его видеолекциями, и много-много раз советовал другим читать его книги и обучаться по тому, что выложено в изобилии на YouTube.
Мне, конечно, стало очень грустно от того, что по сути самый известный миссионер нашей Церкви и прекраснейший библеист живет в таких условиях, не имея своего угла, переезжая с одной съемной квартиры на другую.

Да, его положение не самое худшее; и поэтому я не имею права просить о помощи всех вас.
Поэтому я обращаюсь только к тем, кто знает отца Олега, симпатизирует ему, кому он помог чем-либо в жизни. Давайте отблагодарим его и попробуем собрать ему на хоть какое-либо своё жильё.
Пусть оно будет небольшое, но своё.

Собирать буду денежку на нашу карту «Добрых дел»:
СБЕРБАНК: 4276 4000 5958 0655.
PayPal: https://www.paypal.me/pavelostrovski

Как соберём, обращусь к знакомому хорошему риэлтору, чтобы приобрести жильё в собственность отца Олега.

Ребята, те, кто знает и любит отца Олега, сделайте репост по своим группам и страницам, и расскажите тем, кто тоже любит отца Олега.
Негоже такому трудолюбивому пастырю Господа нашего жить в таких условиях.

В течение трёх месяцев группа известных художников-монументалистов под руководством  Евгения Николаевича Ключарева трудилась над созданием образа Св. Марии Магдалины для нашего нового храма. 
Евгений Николаевич принимал участие во многих выставках, в том числе и международных. С 1975 года работает в технике византийской мозаики. Его шедевры украшают стены Свято-Данилова монастыря, Казанского собора на Красной Площади, Троице Сергиевой Лавры, Оптиной Пустыни, Валаамского монастыря, кафедральных соборов Минска, Калининграда, Тольятти и других городов России.
Мозаичные иконы Ключарева украшают храмы Святой земли и зарубежные центры православия в Италии.
 
И вот теперь, созданный замечательными русскими художниками,  прекрасный образ святой равноапостольной Марии Магдалины радует прихожан, и является ещё одним свидетельством возрождения духовной жизни на патриаршем подворье. Огомное спасибо всем принимающим участие!
magda1
magda2
magda3
magda4
 
Среда, 19 декабря 2018 20:26

Рождественская ярмарка!

Рождественская ярмарка в храме Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках!
Рождество. Этот праздник имеет особое значение для каждого православного христианина. В волшебный праздник Рождества Христова так хочется подарить близким и родным кусочек сказки…
16 декабря в храме Рождества Иоанна Предтечи прошла Рождественская ярмарка. На прилавке были представлены самые разнообразные сувениры: расписанные волшебными узорами доски, вязаные игрушки, украшенное разноцветной посыпкой печенье… Все эти изделия были созданы учениками воскресной школы.
Подготовка к этому мероприятию началась заранее. В течение нескольких недель ребята готовились к ответственному событию: на занятиях рукоделием они с интересом расписывали доски узорами в стиле хохлома, учились, как делать декупаж, вязали крючком очаровательные игрушки, создавали разные интересные поделки.
В день ярмарки в храме собралось много людей. Никто не остался равнодушным: каждый подходил посмотреть на изделия и отмечал, насколько талантливо сделана каждая работа.  Перед началом ярмарки на прилавок были выложены все работы детей: яркие, красивые, блестящие – все они сразу привлекли внимание прихожан. Многие приобрели украшения для своего дома, сувениры в подарок родным и друзьям, игрушки для детей.
Пожертвования, полученные за детские поделки, будут переданы на развитие воскресной школы.

yarmarka2018 1

yarmarka2018 2

yarmarka2018 3

yarmarka2018 4

yarmarka2018 5

yarmarka2018 6

yarmarka2018 7

yarmarka2018 8

 

 


 

И снова короткий отчет о проделанной в последнее время работе. О работе может быть и незначительной, на фоне общей реконструкции и реставрации, но очень важной для непосредственных  участников  - прихожан, духовенства, благодетелей и для большинства проживающих рядом с подворьем .
С помощью Божией, начал изменяться внешний вид территории храма. В течение четырех месяцев была проделана огромная работа:
✔Демонтированы с лицевой стороны забора огромные бетонные секции-стены с колючей проволокой, закрывающие храм. 

✔Возведены кирпичные столбы,  установлены железные секции с возможностью замены их секциями кованными.
✔Перенесена на более подходящее место входная группа (ворота и калитка),
✔Устроен и заасфальтирован тротуар вдоль забора, теперь проход  к храму стал более удобным и безопасным.
Особенно рады изменениям новые прихожане подворья, которые увидели после сноса бетонного забора, действующий храм и приходскую  жизнь.  Некоторые из них рассказывали, что более 10 лет приходилось ездить на службу далеко от места жительства, и даже когда зазвонили наши  колокола, они были в полной уверенности, что колокольный звон раздается откуда-то издалека.
Как всегда, от всех прихожан и духовенства передаём слова искренней благодарности, а так же пожелания помощи Божией во всех трудах и начинаниях  нашим братьям и сестрам, принимающим участие в восстановлении подворья храма Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках.

report2018 01

report2018 02

report2018 03

report2018 04

report2018 05

report2018 06

report2018 07

report2018 08

report2018 09

report2018 10

thin line